loader image

Два года назад известный молдавский фотограф Наталья Чобану впервые воплотила в жизнь свою мечту стать мамой. Ничто не предвещало того, что самое красивое событие в ее жизни будет стоить ей здоровья.

НАТАЛЬЯ ЧОБАНУ, фотограф: Беременность была абсолютно идеальной. Я была здорова и все было хорошо. Вечером начались схватки, вызвала скорую и поехала к врачу в Центр матери и ребенка.

Это было в январе 2019 года. Схватки усиливались. Наталья никак не могла родить.

НАТАЛЬЯ ЧОБАНУ, фотограф: В тот момент, когда он впервые применил вакуум, акушерка… подали друг другу знаки и вот так надавила. Она сидела на этой стороне, я лежала здесь. Вот так рукой надавила, легла на меня полностью. Мне было очень больно. Когда он применил вакуум во второй раз, она надавила еще сильнее. Вот так развела мои руки и изо всех сил… даже сделала шаг и полностью легла через меня. И очень сильно надавила, что я даже не почувствовала, как родился ребенок, чувствовала только эту боль.

Боль, которая полностью изменила ее жизнь. Хуже того, клинический протокол не предусматривает использование давления на живот во время родов.

НАТАЛЬЯ ЧОБАНУ, фотограф: Боль была такой сильной, что я не могла спать. Я пробыла в родильном отделении семь дней и всегда говорила врачу, который принимал роды: Доктор, очень больно здесь, где давили, под грудью. Он щупал здесь, в районе утробы, и говорил: Все в порядке, все хорошо, не выдумывайте. Говорил: все женщины рожают, все женщины рожают, всем больно. И только ты сидишь здесь и плачешь.

Наталью отправили домой, хотя боли усиливались с каждым днем. Она едва могла стоять на ногах. Через два дня после выписки она попала в частную клинику.

НАТАЛЬЯ ЧОБАНУ, фотограф: На ультрасонографии органов я легла и мне сказали не двигаться. Не двигаться вообще, потому что любое движение может вызвать… что-то случится с печенью, сейчас я точно не помню, и я умру. Мне сказали, что у меня массивная гематома, занимающая две трети печени, что у меня в брюшной полости свободная жидкость, точно не помню, 700–900 мл.

Наталью немедленно отправили в Больницу скорой медицинской помощи в Кишиневе и госпитализировали в отделение реанимации. Прогнозы врачей были неутешительными.

НАТАЛЬЯ ЧОБАНУ, фотограф: Все говорили: Только Бог ей поможет. Это не тот случай, когда можно выжить. Мой муж, мои родители готовились к тому, что меня больше не будет. Они им говорили, молитесь только Богу, здесь без шансов.

Хотя шансы все же были. После ряда операций Наталья выжила. Последовало почти полгода восстановления. На это время молодой женщине постоянно требовался уход. А ребенка, который, по сути, родился совершенно здоровым, она не могла даже держать на руках. У нее просто не было сил.

НАТАЛЬЯ ЧОБАНУ, фотограф: Я не могла делать простых вещей, например, взять стакан воды. Я сама не могла поднять ногу. Ничего не могла сделать одна без помощи мужа.

Однако самым сложным было психологическое испытание. Она нашла свое прибежище на природе, в лесу у дома. Также здесь, среди деревьев, вдали от людей и городской суеты, она рассказывает нам свою историю.

НАТАЛЬЯ ЧОБАНУ, фотограф: Здесь происходило мое возвращение к нормальной жизни. Потому что, первое время все смотрели на меня, когда я была с трубками, и куда я в таком виде могла пойти? На природе вы чувствуете себя лучше, чем с людьми, которые не знают вашей истории, но вас критикуют. Но есть и те, кто, зная вашу историю, все равно критикует.

Все это время Наталья винила себя. Она страдала от того, что не могла кормить грудью своего мальчика, от того, что какое-то время находилась вдали от него, и от того, что не могла физически заботиться о своем ребенке. Она набралась сил и в апреле 2019 года рассказала свою историю в Интернете. Таким образом, ее случай привлек внимание полиции.

НАТАЛЬЯ ЧОБАНУ, фотограф: Было возбуждено уголовное дело, и меня вызвали в полицию. И даже тогда я не могла сильно передвигаться, была с трубками. Было очень сложно. Я и представить не могла, что мне выпадет возможность побыть с ребенком, а я это дорогое время потрачу на походы в полицию, и тому подобное. Хотелось как-то от этого избавиться, так как у меня действительно не было сил. И я написала, что не хочу, чтобы меня признали потерпевшей, а записали просто свидетелем.

Только год спустя она поняла, что не виновата. И, если бы врач сразу после родов оказал ей помощь, серьезных последствий можно было бы избежать. Так, в июне этого года Наталья набралась смелости и попросила обвинение признать ее потерпевшей.

НАТАЛЬЯ ЧОБАНУ, фотограф: Я узнала, что еще в сентябре 2019 года судебно-медицинская экспертиза показала, что во время родов я получила серьезные травмы печени. Но врач, принимавший роды, в мае написал, что хочет, чтобы провели еще одну судебно-медицинскую экспертизу. Теперь ожидается новая судебно-медицинская экспертиза.

ОЛЕСЯ ДОРОНЧАНУ, адвокат Института по правам человека Молдовы (IDOM): Это классическая халатность. Если бы это было другое медицинское учреждение и другой врач, попавший в аналогичную ситуацию, этой ситуации можно было бы избежать. А проведенная ранее судебно-медицинская экспертиза дает четкий ответ на вопрос: последствий можно было бы избежать, если бы тогда были приняты меры.

Поскольку уголовный процесс продолжается, Наталья просит в суде отстранить от должности на время следствия врача и акушерку, обвиняемых в врачебной халатности. Она не может назвать их имена, поскольку дело еще не передано в суд. Следовательно, их вина полностью не доказана.

НАТАЛЬЯ ЧОБАНУ, фотограф: Дело было инициировано 22 апреля 2019 года, прошло уже больше года и семи месяцев. И пока дело до суда не дошло. Находится в прокуратуре. Мне кажется, дело затягивают. Совершенно ничего не происходит, только хожу с листочками, заявлениями, обращениями.

Адвокат Олеся Дорончану из Института прав человека Молдовы, которая защищала пострадавших по ряду дел о врачебной халатности, говорит, что почти половина уголовных дел, которыми она занималась, были «заблокированы» в прокуратуре и не дошли до судей. Происходит это особенно часто из-за судебно-медицинской экспертизы, которая занимает много времени.

ОЛЕСЯ ДОРОНЧАНУ, адвокат Института по правам человека Молдовы (IDOM): Где-то полгода нужно ждать заключение судебно-медицинской экспертизы. Центр судебной медицины — единственное судебно-медицинское учреждение, имеющее право проводить судебно-медицинские экспертизы. Но у нас нет альтернативы. Ничего другого в Молдове нет, есть только Центр судебной медицины.

НАТАЛЬЯ ЧОБАНУ, фотограф: Мы подали в суд, потому что они даже об этом не сожалеют. Если бы только сказал: простите меня, ведь так просто это сказать. Когда-нибудь на моем месте будет другая, если не сегодня, то завтра и тогда она будет страдать. Человек должен понять, что ошибся.

По словам адвоката, случаи врачебной халатности, которые доходят до суда, — это скорее исключение. Многие пациенты по той простой причине, что не знают своих прав, не обращаются в суд.

ОЛЕСЯ ДОРОНЧАНУ, адвокат Института по правам человека Молдовы (IDOM): Когда вы обращаетесь к медицинской системе, вы должны понимать, что у вас есть определенные права, и вы можете их требовать. Чем больше вы проинформированы, тем меньше вероятность того, что вы не станете жертвой судебного процесса о халатности.

В Молдове нет официальной статистики или исследований масштабов распространения случаев врачебной халатности. Мы обратились за разъяснениями по этому поводу в Министерство здравоохранения, труда и социальной защиты. Нам сказали, что во всем министерстве есть только один человек, который может дать нам интервью на эту тему, но он на больничном.

Однако без сомнения, что в Молдове нет закона о врачебной халатности, защищающего как пациентов, так и врачей.

ОЛЕСЯ ДОРОНЧАНУ, адвокат Института по правам человека Молдовы (IDOM): Врач должен быть достаточно свободным в своих действиях, чтобы не бояться оказывать медицинские услуги из опасения, что впоследствии он может быть осужден. Не все действия или не все, что происходит в медицинских учреждениях, или не все неблагоприятные последствия медицинского вмешательства можно считать результатом врачебной халатности. Обычно речь идет о непрофессионализме, игнорировании или несоблюдении протоколов.

Из-за отсутствия «Закона о врачебной халатности» адвокаты могут ссылаться на другие статьи различных законов для защиты своих клиентов. Фактически, о «Законе о врачебной халатности» говорили уже много лет. Более того, адвокат Института прав человека Молдовы говорит, что два-три года назад при минздраве была создана комиссия из экспертов и гражданского общества, включая институт, которая работала над законопроектом. Но в какой-то момент чиновники отложили законопроект в «долгий ящик».

Недавно, 21 сентября, депутат-социалист Штефан Гацкан объявил в своем сообщении в Facebook, что он зарегистрировал в парламенте законодательную инициативу, касающуюся врачебной халатности, и что за нее проголосуют до конца года.

ОЛЕСЯ ДОРОНЧАНУ, адвокат Института по правам человека Молдовы (IDOM): Вот законопроект, над которым мы работали. И мы задавались вопросом, что с Комиссией минздрава, которая занималась и изучала этот законопроект. Чтобы мы вскоре не проснулись, что в Парламенте уже обсуждают законопроект о врачебной халатности.

Мы хотели узнать подробнее о законодательной инициативе, но у депутата постоянно отключен телефон, и он недоступен. Возможно, дело в летнем скандале, в котором был замешан депутат. Напомним, Штефан Гацкан объявил о своем выходе из парламентской фракции Партии социалистов, после чего последовал его тайный выезд из страны и видеообращение, отправленное из виноградников. А потом депутат также неожиданно вернулся в парламент.

ОЛЕСЯ ДОРОНЧАНУ, адвокат Института по правам человека Молдовы (IDOM): Я видела проект и, если честно, как адвокат, много лет имеющий дело с врачебной халатностью, не хочу с таким законом обращаться в судебные органы.

Законодательная инициатива, предложенная депутатом-социалистом Штефаном Гацкан, предусматривает, ко всему прочему, создание Совета по медицинской халатности, который будет заниматься рассмотрением обращений пациентов.

ОЛЕСЯ ДОРОНЧАНУ, адвокат Института по правам человека Молдовы (IDOM): Я сказала «нет», когда прочла, что только страховщик имеет право оспаривать решение Коллегии врачей или органа, уполномоченного рассматривать случаи врачебной халатности. Вы не можете запретить пациенту получить доступ к системе правосудия, создав барьер и государственный орган, который бы изучал случаи врачебной халатности, если даже нет возможности оспорить их решения.

В какой степени «Закон о врачебной халатности» решит проблемы — еще неизвестно. Несомненно то, что между врачом, который совершил ошибку, и пациентом, который пострадал, стоит судебная система, которая хромает.

НАТАЛЬЯ ЧОБАНУ, фотограф: На этом жизнь не заканчивается, мы должны перейти через это и двигаться дальше. Одна мама мне сказала: Представь, что ты заново родилась. Смотри, у тебя есть эта история, с которой ты родилась, и все, нужно идти вперед.

Эта материал был подготовлен в рамках проекта «Пресса в поддержку демократии, интеграции и ответственности в Молдове» (MEDIA-M), финансируемого USAID при поддержке Великобритании и реализуемого Internews в Молдове и Freedom House, который направлен на содействие развитию независимых СМИ и создание медиа-сектора, более устойчивого к политическому и экономическому давлению. CU SENS несет ответственность за содержание этого материала, который не обязательно отражает точку зрения UK AID, USAID или правительства США.

Прокомментируй

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Privacy Preference Center